pr_manager

НОЧНАЯ МЕССА И ПОРВАННЫЙ РОТ



Серая, заледенелая Москва, залитая тревожным светом оранжевых фонарей, поразительно контрастировала с пронзительно-пряной, пышущей красками и светом Барселоной. Рассматривая ночной нежизненный мегаполис сквозь запотевшее стекло такси, я так и этак вспоминал подробности подаренной мне на прошедший День Рождения поездки. Но все равно в памяти всплывали только 3 момента, намертво впившиеся в мой мозг как канцелярская кнопка в подошву любимого домашнего тапочка.

Воспоминание первое

Дизайнерская ферма в пригороде Badalona, покоящаяся среди мягких пригорков подобно коктейльной вишне в бездонном бокале Long Irelend Ice Tea из ДСБ. Отдельно стоящий гостевой домик с фитнес-залом на первом этаже был покрыт снаружи настоящей соломой, требующей ежегодного обновления. Зная фанатизм европейцев к органик-лайфстайл и цены на соответствующие продукты, я сразу предположил, что стоимость одной только крыши сравнима с ценой любимой хозяйской малолитражки Alfa-Romeo. Изложив им свои мысли по этому поводу, я тут же завоевал безграничное уважение и вызвал какое-то утробное мяуканье: даже внешне они стали похожи на сентиментальных персов:) Теперь уже на законных основаниях - как единомышленника и ценителя - меня торжественно ввели в основное помещение.

Древние потолочные балки трехсотлетней давности, благородная пепельно-серая гамма отделки и отдельные аксессуары, наподобие антикварного тибетского стола, аутентичных вьетнамских статуэток и аргентинских кожаных корзин для кормления скота, - все это произвело на меня оглушительное впечатление. Нежась после перелета в ванне из цельного куска известняка, озирая окрестности сквозь панорамное - от пола до потолка - окно и впуская в душу яд густых сумерек цвета табачного дыма от настоящей "гаванны", я словил ощущение той же нирваны, что, видимо, и Будда Шакьямуни, сидевший под цветущим персиковым деревом и в тот, дискретный момент времени обозревавший в душе и прошедшее, и настоящее, и будущее.

Толстый и нежный, словно бизе, халат, интимно принявший меня в объятия после ванны, и бокал восхитительного хереса цвета аметиста из папского перстня оказались последними приготовительными ритуалами перед процедурой инициации нового рождения, которая неумолимо валилась на меня в наступающей ночи...